В четыре года она понимает что, огрев пластмассовой лопаткой цвета фуксии по хребту Иванова Вовку, можно заставить его уступить качели. Если повезет – и начатую барбариску.
В пять лопатка еще необходима, но если зареветь, то Вовка съедает за неё порцию вермишелевой запеканки и даже пьет её кипяченое молоко. Мишка, Андрей и Сережка тоже не выносят громкого рёва. Впечатлительный Мишка носит ей игрушки из дому. До первой инвентаризации. Кокетство еще туманно, но ощутимо стучится прямо в песочницу.

В семь она открывает мир Взгляда. Если долго смотреть на Стасика, он дает списать, барбариску и яблочко.
Становится понятен смысл идиомы «перегнуть палку». Она долго тренируется на Вовке. Всю Математику Вовка волнуется как первоклассник, жует промокашку и вовсю придумывает как понравиться. Барбарисок у Вовки нет. В результате, на Русском он отрезает ей лезвием косичку — придумал. Она помнит Вовку до сих пор.

В восемь она понимает, что мальчики разные. На кого-то можно просто смотреть. Но есть другие.

Смотришь на него, смотришь — и ничего не происходит. Потом отлупишь мешком со сменкой – и опять есть домашнее задание и яблочко. Барбариски сами по себе волшебным образом появляются в парте. Каждый день.

В пятнадцать она, конечно, уже не дерется. Она смеется.
Она обнаруживает, что кроме глаз на лице есть другие гаджеты. Например, ямочки на щеках. Она понимает, что привычка облизывать губы заставляет бледнеть старенького тридцатилетнего физика. Возле подъезда её каждый вечер караулят двое громких в шлемах.
Она зовет их: Карпаты и Чезет-350. Есть еще Паштет на папиной копейке. Он постоянный. Со времен пластмассовой лопатки цвета фуксии.

В семнадцать она заканчивает школу. В аттестате по поведению у неё три, а по физике, конечно, пять. Она отлично гоняет на мотоцикле и водит копейку.

В двадцать она умеет капризно гнуть губы. Студенки университета в шутку предлагают записаться к ней на курс «Техники стрельбы глазами». Амур хохочет и неприцельно бьет вокруг. Она учится искусству флирта: место и время, как и зачем. Интересные тридцатилетние доценты теряют волю, а старенькие сорокалетние доктора наук совесть.

В тридцать она научилась бить прицельно. Она смеется и плачет одному, а не вселенной. Она научилась быть жадной, ведь так просто расплескать и раздарить всю себя: глаза, ямочки, улыбка. Теперь она умеет сдерживать себя. Коллеги по работе — это просто коллеги. Не нужно ничего усложнять.

В сорок почти не нужно прибегать к запрещенным приемам. Флирт на уровне интуиции. Она ведет себя безупречно. Разве что иногда, забавы ради, она на секунду дольше задерживает взгляд на каком-нибудь бледнеющем мужчине. Чтобы не потерять навык, не более.

Пятьдесят пять. Во многой мудрости – много печали. В принципе жизнь по-прежнему прекрасна. А массаж лучше чем секс. По субботам она навещает детей за городом, так и не собравшись перебраться из мегаполиса.

Однажды у неё ломается машина. Телефон благополучно забыт дома. Она забирает пакеты с подарками из салона автомобиля. Всего два километра, чепуха. По дороге ей встречается Петрович, сосед. Он еще вполне полезный мужчина. Она выпрямляет спину и начинает пристально смотреть ему в глаза, ведь сумки тяжелые. Особенно мешает пластмассовая садовая лопатка.
Через десять минут она бросает в пыль сумки, проклинает деревянного Петровича и вспоминает Иванова Вовку из младшей группы. Она вытаскивает из пакета садовую лопатку цвета фуксии и тихо зовет соседа в спину: — А нутко, повернись, Петрович…

А еще через минуту они мирно идут рядом. Сосед Петрович кряхтит, тащит её сумки. Он время от времени потирает шею и уважительно бубнит «чо ты там, николаевна кирпичи, поди таскаешь. не бережешь себя. зашла бы на чай что ли когда бы ко мне. у меня и конфеты, есть. барбариски, настоящие, как в детстве были».
А она идет между газонами, тихо хохочет и думает что жизнь гораздо проще, чем кажется. И что никогда не сравнится искусство флирта мадам Помпадур и леди Френсиз, их веера и мушки, с нашими лопатками. И с нашими мальчишками.

CheckIsSafe=false
DisableChecks=true
OpenGLIsUnsafe=false

Я против, господа! Против того, во что превратили сейчас мужиков. Против того положения вещей, что сложилось вокруг. А сложилось нынче тотальное уничижение такого биологического вида как мужчина. Ибо то, что сейчас есть никак кроме как геноцид назвать нельзя. Нормальный гетеросексуальный мужик есть самое бесправное существо в нашем обществе. Бабы озверели настолько , что их в пору всех согнать на какую-нибудь баржу и затопить где-нибудь в Марианской впадине. Мир бабства. Причем, мелкотравчатого. Культивированный ими же, для них и под них. У каждой мокрощелки с только прорезавшимися половыми губами уже крепко сидит в мозгу главный жизненный принцип — «мужчина должен». Должен, блядь! И должен абсолютно все. Работать — должен. Зарабатывать хуеву тучу (и никак не меньше!) денег- должен. Баловать эту самую лучшую (по ее, естественно, мнению) пиздюшку -должен. Кормить, поить, выгуливать. При том что сами бабы всего лишь (!) имеют право. Право на то, право на се, право ну отдых, на труд (если вдруг захочется), право на еблю мозгов, право на корчание куриной жопы. Никаких, блядь, обязанностей. Обед приготовить? Так это ж, блядь, кухонное рабство! В квартире убрать? Ни хуя — заведи себе домохозяйку! В общем, бабам только можно возлежать на пуфиках, благосклонно принимать подношения и грозить пальчиком «что-то жемчуг больно мелкий ты принес! Ай-яй-яй! Не получишь сегодня моего расчудесного тела! А теперь я разрешаю тебе отвести меня в ресторан или на крайняк пойти и приготовить мне еду. (Я ж не кухарка какая-нибудь!)».

Каждая думает об одном — как бы себя подороже продать. Продать свою внешность, свою жопу, или услуги минетного двора во рту. Все идет на чаши весов. И тут же закатывается охуенно неадекватный список что же ей требуется взамен. Пизда меряется рублем. Как наличным так и безналичным. И мужик должен, должен, должен. Должен всегда. Никаких прав. Но позвольте, если вы требуете с нас денег и прочих благ за свои, блядь, половые услуги, то тогда будьте добры исключить из своего лексикона такие выражения как «я сегодня не в настроении», «у меня сегодня голова болит», «месячные» и прочую поебень, которой вы прикрываетесь. Раз уж захотели товарно-денежных отношений, то тогда уж и товар должен соответствовать заявленной цене. Зарплату он принес, тебя обеспечил, ну так и отрабатывай.

А если баба захотела завести детей, то мужику полный пиздец. Абсолютный. Начиная от того, что он должен обеспечить хуеву тучу денег на врачей, обследование, питание, роды, послеродовые все дела и заканчивая банальной и беспросветной ежедневной еблей мозгов. Насквозь. Навылет. Нет, я не против того, что мужик заботится о своем потомстве. Это нормально. Я очень даже за это. Но позвольте, а что происходит когда муж и жена расходятся? Правильно. Единственный человек получается — это жена. Муж — это донор спермы, машина для зарабатывания денег и мальчик для битья в одном лице. На счет всяческих материальных компенсаций — все получает баба. Совместно нажитое имущество, блядь. А вот мужику получить детей (не обязанность, а хотябы право) — так хуй по всей морде. Перегрызут горло, обольют говном с ног до головы и нихуя ты не получишь. Потому что, блядь, рылом не вышел. Не повезло тебе родиться с хуем, так что не выебывайся и молчи в тряпочку. Т.е. независимо от того как он себя вел и какие усилия прикладывал к появлению и воспитанию детей. Он может костьми лечь, обеспечивая семью, сдохнуть в борозде, выполняя все прихоти беременной мамашки, детей своих может любить больше себя — и все равно нихуя не получит. Самый гуманный суд в мире один хуй изначально на стороне баб. Блядь, да дайте же нам права! Настоящие права, мать вашу, а не призрачные! Пятьдесят на пятьдесят. С объективным подходом.

И пусть мне не говорят, что матери воспитывают детей гораздо лучше — хуйня это все. Хуйня! Я видел сотни (если не тысячи) детей вокруг, избалованных до невозможности, капризных, вздорных, жадных, просто откровенно невоспитанных — это все плоды женского воспитания. Дите такое закатывает истерики в общественных местах с абсолютно чистой и спокойной совестью, а мамашка даже не пытается его как-то вразумить, только потакает. Все воспитание сводится к банальному пусканию дела на самотек и выполнению капризов дитяти лишь бы он замолчал и не капризничал. Позвольте, это что — воспитание? Это пиздец какой-то. Мэри Поппинс нервно дрочит Макаренко в гробу. Всего-то нужно подойти к визжащему, дать разок по заднице и истерика мигом прекратится. Или по крайней мере реветь будет за дело. Так вот, подобных картин с «мамашками» я видел очень много. И практически ни одной — с отцом. Нет, есть, конечно, штучные случаи, но они, скорее, как исключение.По крайней мере судя по количеству таковых. Ну и скажите мне, разлюбезные, какое же преимущество матерей перед отцами? Кроме возможности кормления грудью — больше ни одного не вижу. Воспитывает лучше мужик, обеспечивает финансово — тоже мужик, принимает адекватные решения в экстремальных ситуациях — опять же мужик, навешать, в конце концов, люлей обидчику — снова мужик.

Про секс я вообще молчу. Мужик виноват всегда. Обратил внимание на трясущую перед ним сиськами бабу — вот ведь сволочь! Не обратил внимание — все равно подлец. Наличие хуя — признак вины. Не выебал — виноват. Выебал — все равно виноват. Двое в охотку потрахались и она после этого идет заявлять в милицию об изнасиловании. Кто получит пизды по всей строгости закона? Парень. Сколько было фактов уголовных дел об изнасиловании, возбужденных против баб? А? Ну хотя бы одно кто-нибудь вспомнит? А ведь они точно такие же ебливые создания. Где тут справедливость? Где заявленное равенство прав? Да в жопе оно. В такой жопе, что и штопором не достанешь. Т.е. у мужика тут всего лишь одно право, щедро отданное ему бабами — право получать пиздюлей.

Только-только вроде бы предложили закон о необходимости письменного разрешения отца будущего ребенка на проведение аборта — так уже взвились бабы визжа, мол, как же так? Почему это мужиков решили спрашивать? Они-то тут при чем? Мы же, мол, единственные имеем право на принятия решения, а мужиков всех нахуй! Обалдеть. Если мужиков нахуй, то и ебитесь тогда с вибраторами все, че ж к нам лезете? Живых хуев захотелось? Тогда получите к хую еще и все остальное. А если орете, что, мол, забеременела от скотины последнего, не хочу его ни о чем спрашивать — так я отвечу просто. Не ебитесь с кем попало. Или уж потратьтесь на презервативы. А то сначала с каким-нить долбоебом, впервые увиденным, не предохраняясь потрахаются, а потом только думать начинают, когда вдруг месячные пропали (и с чего бы это они?). Уж коли легли вы с мужиком в постель, так примите как должное тот факт, что он полноправный участник как самого процесса, так и его результатов.

Да и вообще образ настоящего мужчины нынче не в моде. Единственный вид, который восхваляют вокруг — это образ пидараса. Откровенного пидараса. Губки бантиком, блядь, бровки нахуй домиком. С каждой рекламы смотрит гламурный пидор, показывая как надо жить и в каком стиле. В метро — половина тех особей, у кого хуй между ног болтается — ну, блядь, стадо штопанных гандонов (хотя, нахуя им гондоны, они ж не плодятся половым путем даже при всем желании? Разве что мутацией какой). По-ло-ви-на! Вторая половина — это уже пожилое поколение. И вот это опидарасивание идет семимильными шагами. Спросите что есть «стильный» парень — и вам нарисуют образ пидора с крашеной шерстью. Вот он, стиль. И прикрывают его разными личинами да новыми словами. Те же, блядь, «метросексуалы».. Какие нахуй метросексуалы?! Трамвайные гомосеки.. Конечно, это же звучит не так открыто, как «латентный пидарас» или им сочувствующий… Люди, одевающиеся как бомжи и ведущие образ бомжей от самих бомжей не отличаются. Так и тут. Раз уж ты оделся как пидор, ведешь себя как пидор, то извини, брателло, что бы ты сам про себя там не думал, как бы не пыжился, но ты точно такой же пидор.

Короче! Провозглашаю сей манифест в поддержку нормальных мужиков! Тех, кто не приемлет бабский произвол, кто не опидарасился, кто и внешне, и внутренне остался мужчиной. Кто зарабатывает деньги, но не делает их смыслом жизни. Кто может сам себя прокормить и накормить и не делает из этого проблемы. Кто не разбрасывается своими детьми, жизнь готов положить за них и просто так без боя бабе их не отдаст. Кто может при необходимости защитить ту, которая рядом. Кто может решать проблемы, а не стонет как сложно жить. За нас, мужики!